Наш опрос

КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, МОЖНО ЛИ НА ОСНОВЕ ИСТОРИЧЕСКОГО КИНО СОСТАВИТЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О РЕАЛЬНОЙ ИСТОРИИ?
Всего ответов: 1852


НА ГЛАВНУЮ


НОВОСТИ САЙТА


Смотрите на Экранах Страны


ТРЕЙЛЕРЫ


РЕЦЕНЗИИ


НОВЫЕ РЕЛИЗЫ


ЗАРУБЕЖНЫЕ

ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ

СЕРИАЛЫ

ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ


Форма входа

Поиск

Календарь

«  Апрель 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

widgeo.net
РЕКЛАМА
OZON.ru
Первое торрент телевидение




Воскресенье, 30.04.2017, 08:05
Приветствую Вас Гость | RSS
ИСТОРИЧЕСКОЕ КИНО
Главная | Регистрация | Вход
Историко-революционный фильм


На первых порах экранное воплощение событий Великого Октября выпало на долю кинохроники. Кинохроникёры запечатлели демонстрации с полотнищами лозунгов "Вся власть Советам!", красногвардейские грузовики на улицах Петрограда, толпы людей утром 26 октября 1917 г. на Дворцовой площади, красноармейцев, слушающих В.И. Ленина перед отправкой на фронт, и др. В этих кадрах фиксировался лишь внешний облик революционных событий. Чтобы воссоздать художественный образ революции, нужно было найти новые возможности и средства киноискусства, повышавшие достоверность и действенность экранного зрелища. 

В переходе от простой хроники к "образной публицистике" в начачле 1920-х годов особенно заметную роль сыграли Д. Вертов и его группа, утверждавшие наряду с максимальной достоверностью кинодокументов их образное, монтажное осмысление. Вертовские выпуски "Кино-Правды", особенно 21-й, посвященный В. И. Ленину, фильм "Три песни о Ленине" как раз и становились ёмкими, многозначными по смыслу, выразительными по форме произведения "образной публицистики". Другой крупнейший документалист - Э. И. Шуб, сталкивая старые съёмки дворцового быта с зафиксированными на плёнке реальностями народной жизни, добивалась повышения революционной выразительности кинодокумента, извлекала из него максимальный пропагандистский эффект ("Падение династии Романовых", "Россия Николая II и Лев Толстой"). 

Кинопублицистика проложила дорогу киноэпосу революции. В 1925-1929 гг. были созданы фильмы "Стачка", "Броненосец "Потёмкин"" и "Октябрь" С. М. Эйзенштейна, "Мать", "Конец Санкт-Петербурга" и "Потомок Чингисхана" В. И. Пудовкина, "Арсенал" А. П. Довженко, появление которых стало событием на мировом экране. 
 
В "Броненосце "Потёмкин"" идея о народе как творце истории входит не только в логику авторского замысла фильма, но пронизывает всю его художественную структуру, воплощаясь в образе массы, действующей, волнующейся, переживающей, борющейся. С эпической широтой показав революционную массу, создав поэтический образ революции, "Броненосец "Потёмкин " стал органической частью истории революции, предметным выражением её жизнетворящей силы.
 
 
"Броненосец "Потемкин", 1925, СССР, р. Сергей Эйзенштейн
 
Столь же значительным в идейном и худож. отношении был фильм "Мать" В. И. Пудовкина. Хотя в центре фильма стояли индивидуальные человеческие характеры и отношения, картина оставалась в рамках эпического поэтического изображения революции. Фильм "Мать" и следовавшие за ним "Конец Санкт-Петербурга", "Потомок Чингисхана" объединялись темой перехода от политической несознательности масс к их революционности. Перед зрителем предстали поднимающийся на борьбу российский пролетариат и его союзники - беднейшее крестьянство России и народы угнетённых национальных окраин.
 
 
"Мать", 1926, СССР, р. Всеволод Пудовкин
 
 
"Конец Санкт-Петербурга", 1927, СССР, р. Всеволод Пудовкин
 
 
"Потомок Чингисхана", 1927, СССР, р. Всеволод Пудовкин

Широкое эпическое изображение революции характерно и для раннего творчества А. П. Довженко. Его фильм "Арсенал", близкий по форме к украинскому народному эпосу, был крупнейшим достижением в области историко-революционного фильма. 
 
 
"Арсенал", 1929, СССР, р. Александр Довженко

Историко-революционный фильм конца 1920-х - начала 1930-х гг. определил важнейшие вехи в истории советского кино. К концу 1920-х годов многие мотивы и темы эпического фильма были если не исчерпаны, то достаточно подробно и полно разработаны. Нужно было искать новые пути развития кино. При всех различиях фильмов 1920-х гг. и 1930-х гг. между ними есть вполне отчётливые связи. Показывая борьбу парижских коммунаров ("Новый Вавилон") и восстание декабристов ("С. В. Д."), Г. М. Козинцев и Л. З. Трауберг готовились к работе над трилогией о Максиме ("Юность Максима", "Возвращение Максима", "Выборгская сторона"), накапливали необходимый для этого опыт, обогащали свой эстетический арсенал такими открытиями в области сюжетосложения и кинематографической выразительности, которые понадобились им для многопланового рассказа о Максиме.
 
 
"Юность Максима", 1934, СССР, р. Григорий Козинцев, Леонид Трауберг
 
 
"Возвращение Максима", 1937, СССР, р. Григорий Козинцев, Леонид Трауберг
 
 
"Выборгская сторона", 1938, СССР, р. Григорий Козинцев, Леонид Трауберг
 
"Щорс" А. И. Довженко связан с "Арсеналом", "Окраина" Б. В. Барнета связана с "Концом Санкт-Петербурга". В освоении историко-революционной темы кинематографом 1930-х гг. значительную роль сыграл и опыт грузинского режиссера Н. М. Шенгелая - постановщика фильмов "Элисо" и "Двадцать шесть комиссаров". Для историкл-революционного фильма 1930-х годов характерно повышенное внимание к личности борца революции и строителя социалистического общества, к эстетическим проблемам раскрытия перемен в человеке, обусловленных его практическим участием в борьбе и социалистическом строительстве. Фильм характеров, вышедший в 1930-е годы на авансцену кинематографического процесса, открыл киноискусству новые возможности в создании образов, диалектически соединяющих в себе тип и личность. В образах, созданных Б. А. Бабочкиным, Б. П. Чирковым, Н. К. Черкасовым и др., на экране появился герой, раскрываемый в индивидуально-неповторимых свойствах его личности. Даже тогда, когда герой в чём-то ошибается, как не раз ошибался Чапаев в столкновениях с комиссаром, общий социальный и нравственный масштаб его личности, поведения, мышления остаётся нерушимым. Ведь влияние комиссара не было давлением сильного на слабого: вместе с комиссаром в жизнь Чапаева полнее, чем раньше, вошёл опыт партии, выработанный в многолетней тяжёлой борьбе, опыт, показывавший, что только в коллективе борцов, только в условиях революционной организованности и дисциплины человек может развернуть все свои возможности, может придать своим усилиям и действиям победоносную силу. Кинематограф 1930-х годов открыл человека революции не только как единицу великого множества, наделённую чертами и приметами определённого социального типа, но и как неповторимую индивидуальность. Для сценариста, режиссёра, актёра особое значение приобретала задача показать человека в его реальном своеобразии, в ожидаемых качествах, вычисляемых по логике социальных закономерностей, и в неожиданностях, даже капризах индивидуальной психологии и доведения, в сложных переходах из одного состояния в другое. Разные художники подходили к решению этой проблемы по-разному. Героическое в "Чапаеве" погружено в быт войны. Решающее место во внутренней драматургии фильма заняли перемены в Чапаеве, бурный рост личности легендарного комдива.
 
 
"Чапаев", 1934, СССР, р. Георгий Васильев, Сергей Васильев
 
А. И. Довженко тоже высоко ценил достоверность киноизображений, психологич. отчётливость в обрисовке действующих лиц, но акцент в своём фильме "Щорс" делал на выявлении красоты подвига, напряжения борьбы, революционной возвышенности душевных порывов героев. В отличие от братьев Васильевых и А. И. Довженко, обратившихся к выдающимся героям Гражданской войны, Григорий Козинцев и Леонид Трауберг в трилогии о Максиме рассказали о рядовом солдате партии и через него - о движении революционного времени. Содержанием экранного действия стала жизнь рабочей слободы, героические будни революции, а в центре сюжета оказался в удивительном по одухотворённости, тонкости и простоте исполнения Чирковым паренёк с Нарвской заставы, наделённый умом и юмором, прирождённым чувством справедливости, душевностью и решительностью, смелостью и терпением. 
 
 
"Щорс", 1939, СССР, р. Александр Довженко

Один из интереснейших фильмов начала 1930-х годов - "Окраина" Бориса Барнета, в котором большие исторические события раскрывались через подробности повседневной жизни. Раскрывая связь истории и человеческих судеб, соединяя революцию и быт, режиссёр тонко показал как идеи революции, интернационального братства трудящихся овладевали сознанием простых людей. 

Поэзия и проза, эпос и лирика из 1920-х годов перешли в 1930-е годы, но не в канонических окаменелостях, а в живой подвижности - внутренне видоизменяясь. Интересен в этом смысле фильм Е. Л. Дзигана и В. В. Вишневского "Мы из Кронштадта". Многое сближало его с лучшими лентами предшествующего десятилетия - эпическая широта в изображении событий, романтическая напряжённость, поэтичность. Но с этими чертами героической эпопеи переплетались поиски живой индивидуальности в каждом из героев. 
 
 
"Мы из Кронштадта", 1936, СССР, р. Ефим Дзиган

В процессе развития историко-революционного нередко возникают сближения, когда разных художников соединяют общие увлечения темой. Но бывает и так, что мастера экрана полемизируют друг с другом не только на трибунах творческих дискуссий, но и на экране - своими фильмами. Достаточно сравнить "Мы из Кронштадта" с "Депутатом Балтики" А. Г. Зархи и И. Е. Хейфица, чтобы эта полемика, вольная или невольная, приобрела вполне отчётливые параметры. Фильмы сделаны на близком материале, но для одного из них характерны романтический пафос, поэтически-возвышенное выражение темы Подвига, другой - камерный, действие его развёртывается в основном в стенах профессорской квартиры, выходы на улицы редки, творческие усилия авторов сосредоточены на проявлении характеров действующих лиц, увиденных в подробностях, в деталях их жизненногоповедения, взаимоотношений, переживаний. Так же "бытово" - на уровне "семейной драмы" - решается тема революции в фильме Ю. М. Райзмана "Последняя ночь", в котором сложно переплетаются биографии двух семей - предпринимателя и рабочего, захваченных вихрем революционных событий. 

Опыт, накопленный советским кино в художественной разработке темы революции и характера революционера, позволил кинематографистам поднять на новый уровень работу над образом В. И. Ленина. Фильмами "Ленин в Октябре" и "Ленин в 1918 году" М. И. Ромма, "Человек с ружьём" С. И. Юткевича советская кинематография отметила 20-летие Октября. На долю их авторов выпала беспрецедентная по сложности задача: опираясь на ленинские работы, фото- и кинодокументы, историч. исследования и воспоминания, показать В. И. Ленина в живом движении его характера. Анализ художественной структуры фильмов показывает, что их создатели искали черты великого революционного вождя в облике и характере конкретного человека, увиденного, понятого в его индивидуальном своеобразии, в неповторимых особенностях его личности. Характер Ленина раскрывался в этих фильмах в сложной системе образов, воплощающих в своей совокупности победоносную силу революции, её подлинную народность. Образ В. И. Ленина воссоздаётся и в таких фильмах, посвященных замечательным большевикам, как "Яков Свердлов" С. Ю. Юткевича и др. В годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие увеличился выпуск фильмов, посвященных выдающимся деятелям прошлого, утверждавшим военную славу России, величие её культуры. Картины о революции и её деятелях выходили редко и мало прибавляли к ранее найденному. Работа КПСС по восстановлению, утверждению и развитию ленинских норм в партийной, государственной и общественной жизни оказала огромное влияние на советскую кинематографию. Кинематографистов, обращавшихся к теме революции, теме Ленина, она обогатила новыми творческими импульсами, опытом марксистско-ленинского анализа истории. Среди фильмов, выпущенных к 40-летию Октября, наиболее заметное место заняли "Рассказы о Ленине" (1958, реж. С. Ю. Юткевич). 

В более поздних произведениях, посвященных ленинской теме, - "Синяя тетрадь" (1964, сц. и реж. Л. А. Кулиджанов), "Ленин в Польше" (1966, сц. Е. И. Габрилович, реж. Юткевич), "Шестое июля" (1968, сц. М. С. Шатров, реж. Ю. Ю. Карасик), "Доверие" (1976, сц. Шатров, В. Г. Логинов, реж. В. И. Трегубович, Э. Лайне), "Ленин в Париже" (1981, сц. Е. И. Габрилович, С. Ю. Юткевич, реж. С. Ю. Юткевич) - с повышенным вниманием исследуются явления идейной борьбы, столкновения политических, социальных и нравственных концепций при решении коренных вопросов революции. Такой поворот в разработке темы впрямую связан с обострением и углублением идеологической борьбы в современном сложном мире, с практическим осуществлением созидательных задач революции, с процессами формирования революционного мировоззрения и нравственных позиций новых поколений строителей коммунистического общества. 

Как и в 1930-е годы, кинематограф 1950-х - 1970-х гг. с особым вниманием исследует характер человека революции, сосредоточивая внимание на его политическом развитии, на противоречиях и сложностях этого развития. 

Главный герой фильма "Коммунист" (1958, сц. Габрилович, реж. Райзман) - кладовщик на стройке первой советской электростанции. Несмотря на своё более чем скромное положение, он - такова его социальная природа - чувствует себя лично ответственным за судьбу революционные дела. Тема "человек и революция" не всегда решается в советском кино прямыми ходами - раскрытием того, что даёт революция своим борцам, как обогащающе влияет на , развитие их характеров. Есть немало произведений, авторы которых показывают, какую страшную цену может заплатить человек, отставший от своего борющегося революционного народа или противопоставивший себя этому народу. Внутренняя тема фильма С. А. Герасимова "Тихий Дон" (1957-1958 гг. ) раскрывается через трагедию человека, который не сумел найти своего места в борьбе за правое дело и встал на путь ложный, гибельный, перечеркнув тем самым себя, свою жизнь. 
 
 
"Коммунист", 1957, СССР, р. Юлий Райзман 
 
 
"Тихий Дон", 1957, СССР, р. Сергей Герасимов 

Весьма масштабно и вместе с тем с необходимым углублением в характеры людей, в их противоречивом развитие показана Гражданская война в экранизации романа А. Н. Толстого "Хождение по мукам" (1977 г, реж. В. В. Ордынский). Фильмы А. А. Алова и В. Н. Наумова "Бег" (1971 г.), В. А. Басова "Дни Турнбиных" (1976 г.) воссоздавали трагедию людей, оказавшихся в лагере контрреволюции, а потом в эмиграции. 
 
 
"Хождение по мукам", 1977, СССР, р. Василий Ордынский
 
 
"Бег", 1972, СССР, р.  Александр Алов, Владимир Наумов
 
 
"Дни Турбиных", 1976, СССР, р. Владимир Басов

На ином уровне, в ином качестве воспринимает и переживает нравственный проблемы приобщения к революции Таня Тёткина (актриса И. М. Чурикова) - героиня фильма Г. А. Панфилова "В огне брода нет" (1968 г.). Причастность борьбе, революционное ощущение мира обогащают духовный и эмоциональный мир, наполняют душу Тани Тёткиной и её товарищей нерушимой верой в справедливость и величие дела, которому они служат. 
 
 
"В огне брода нет", 1968, СССР, р. Глеб Панфилов

Существенную роль в создании историко-революционного фильма играли совместные работы кинематографистов социалистических стран, такие, как "Урок истории" (1957, реж. Л. О. Арнштам), "Олеко Дундич" (1958, реж. Л. Д. Луков), "На пути к Ленину" (1970, реж. Г. Райш) и др.
 
Новые грани и возможности в масштабном изображении революционных событий открывает фильм "Красные колокола" (1982, реж. С. Ф. Бондарчук). 
 
 
"Красные колокола", 1982, СССР, р. Сергей Бондарчук

Все перечисленные фильмы, а также такие, как "Павел Корчагин", "Комиссары", "Служили два товарища", "Оптимистическая трагедия", "Чрезвычайный комиссар", "Красная площадь", "Седьмая пуля", "Выстрел на перевале Караш", "Белое солнце пустыни", "Адъютант его превосходительства", "Операция "Трест"", "Как закалялась сталь", "Строговы" и многие другие, дают представление о том, как создавалась кинолетопись революции, а история кинолетописи - это фактически история советской кинематографии.

Copyright MyCorp © 2017
Анализ сайта